Жить в Китае

Приехав поздно ночью в незнакомый город можно переночевать в сауне. Обычно это дворец из мрамора и пальм, со множеством гидрологических развлечений, обеденных комнат и покойных лежаков. 50-40 RMB и помывка после дороги с последующим плотным ужином обеспечена. Единственный недостаток — легально спать нельзя. Обязательно подойдёт банщик и вежливо предупредит: «Моргайте почаще, товарищ!»

В Южной Корее поехать на обучение в другую страну можно только отслужив в армии. Но видели бы вы этих сражающихся команда на команду в КаунтерСтрайк детей! Такое ощущение, что они находятся на уровне эмоционального развития не суровых мужчин, прошедших войсковую подготовку и готовых по первому зову страны отдать свою жизнь за свободу и независимость, а детсадовцев сломавших свой первый пластиковый автомат. Для эксперимента был выкачан, показан и прокомментирован фильм «ДМБ» — пациенты вышли с сеанса в состоянии культурного шока.

На севере Китая для отопления и приготовления еды в чифаньках используют газ. На юге газа нет и еду готовят на черных топливных брикетах из угля и стружки. У каждой второй традиционной забегаловки стоит большая, почти в человеческий рост фаянсовая печь, похожая на расписанную вазу. В квадратное отверстие у основания закладывают раскочегарившиеся брикеты и готовят на ней еду завернув в продукты в фольгу или листья. Хозяева иногда вытаскивают раскалённый брикет прямо на мостовую и вокруг него собираются игроки в карты, болтуны или сидит старичок и читает вечернюю газету, протянув руки прямо над огнём.

Кампус стремительно пустеет, в нем остались только иностранцы. Высокая внешняя лестница общежития в пять этажей чем-то напоминает садок для устриц: её облепили чернокожие студенты, они курят и что-то читают речитативом. Какой-то проторэп.

Китай гористая страна. А где горы — там вино, причём не только традиционное, фруктовое, но и виноградное, приготовленное по европейской технологии. По китайским меркам оно производиться не так давно. Может сотню лет, или чуть меньше. Сухие горные почвы дают ему стабильный и плотный аромат, и если вечером надо сделать выбор между импортным вином из появившихся «винных бутиков» и китайским «сухим», лучше остановить выбор на последнем и закупаться в обычных супермаркетах.

Как-то маленький китаец жаловался про свою жизнь в России: каждый гопник норовит проверить на нём свой кун-фу, вот и достаётся ему не по-детски. Если погулять час-другой по городу на севере, то обязательно натолкнёшься на местных любителей проверить чей кун-фу сильнее. Форма практически интернациональная: куртка, штаны с пузырями на коленях от сидения на корточках, шапочка-гондонка. Правда семечки не подсолнечные, а тыквенные. И то полезнее. Над европейцами посмеиваются, но не задирают. Очевидно, считают ниже своего достоинства. А если прийти в обычную «качалку», можно сразу понять почему. Местные производители начали заваливать российские киоски складным ножами разнообразных форм и конструкций только после того, как удовлетворили потребности собственной шпаны, с большой лёгкостью пускающей в ход и фабричные заточки, и «розочки» разбитых бутылок. Некоторые торсы до такой степени исполосованы шрамами, что диву даёшься что кто-то ещё выжил в этой уличной мясорубке.

Складывается впечатление, что каждый китайский автор норовит изобрести свой, неповторимый стиль изложения. Самый простой путь — использование редких иероглифов, благо их количество позволяет откопать такие раритеты, значение которых невозможно найти в пяти доступных китайско-русских и китайско-английских словарях, а можно только реконструировать тонкость изложения и нюансы поворотов мысли писателя из контекста и иероглифических ключей.

Очень интересно говорить с китайскими студентами. Они тоже украшают свою речь, составляя диалог из 70% родного языка и 30% заимствований — «самых новых английских и немецких иероглифов».

Это страна традиций, а традиции сильны их следованием. В университет европейского образца цениться понимание и логика. Уцепившись за один факт можно построить ответ на экзамене и преподаватель будет доволен пониманием порядка вещей. В Китае логика не в почёте: зачем думать, когда кто-то уже сделал это до тебя и этот кто-то был тебе не чета — сиди и зубри, запоминай наизусть слова великих и этим покажешь верность традиции. Если в билете есть вопрос, то на него надо отвечать точно вызубренным определением из учебника, ритм которого будет отбивать своими кивками экзаменатор, точно так же наизусть знающий ответ. Для иностранцев поблажек почти нет. И надо проявить настойчивость, чтобы дисциплинированные ассистенты не изъяли словари: «Вы учили язык двадцать лет, а я всего два года», — и они с сожалением отойдут.

Три-четыре месяца такой учёбы и постепенно приходишь к состоянию в котором нет названия дня недели и даты, а есть расписание, которому надо следовать. Разрыв в расписании для того, чтобы можно было выделить субботу и воскресенье. Возможно поэтому есть своя логика в больших «окнах» между парами и в том, что занятия проводятся не в одном корпусе связанном переходами, а в нескольких, и с одной пары на другую надо полчаса бежать через весь кампус.

Табличка установленного государственного образца для железнодорожного транспорта: на табличке плюющий человечек, под табличкой иероглифы — «Не плевать». Всё понятно. Но на улице нет ни одного плаката о мусоре. Можно пройти с окурком несколько кварталов, но так и не найти мусорницы. Такое ощущение, что это сделано специально для того, чтобы не оставлять без работы дворников, раскатывающих по городу на трехколёсных велосипедах с платформами размером с министерский стол, на которых высотой в пару метров навалены картонные коробки, вязки полиэтиленовых пакетов и другой уличный хлам. В Китае перерабатывается всё, вплоть до пепла и это дает работу миллионам.

Из окна общежития, как раз под многоярусной дорожной развязкой, видно что-то вроде небольшой свалки, рядом с которой какой-то трудолюбивый китаец весь ноябрь садил рассаду пекинской капусты. К январю капуста поднялась, кочаны вытянулись, набрали силу и настало время уборки урожая. В больших многоквартирных домах капусту раскладывают на лестничных площадках и коридорах, где она сохнет несколько месяцев и постепенно подъедается хозяевами. Иногда, для быстрой сушки, кочаны специально распушают и кладут на батареи отопления. Процесс подготовки к употреблению сопровождается незабываемым запахом и вызывает смутные подозрения о происхождении некоторых блюд в маленьких семейных чифаньках.